Министр спорта Михаил Дегтярев объявил о намерении оспорить отстранение российских атлетов в судебном порядке. Международный союз биатлона и World Athletics, по его словам, занимают наиболее непримиримую позицию - и теперь именно они окажутся в центре юридического противостояния.
Судебный фронт: биатлон уже в процессе, лёгкая атлетика на подходе
По имеющимся данным, разбирательство по биатлону запущено. Процесс идёт. С лёгкой атлетикой ситуация развивалась иначе: совет Международной ассоциации легкоатлетических федераций последовательно отклонял апелляции российской стороны. Это, как ни парадоксально, сыграло Москве на руку - именно исчерпание досудебных механизмов открыло путь к полноценному иску.
Дегтярев не стал подбирать дипломатичных формулировок. «Самые отмороженные. И теперь с точки зрения закона у нас есть все инструменты для их опротестования», - заявил он. Коротко и без обиняков.
Всероссийская федерация лёгкой атлетики уже приступила к составлению искового заявления. Министерство подключилось к поддержке спортсменов, которые хотят судиться индивидуально: для этого привлекаются швейцарские юристы - специалисты, хорошо знакомые с механизмами Спортивного арбитражного суда в Лозанне.
Почему именно эти федерации
Биатлон и лёгкая атлетика выделяются на общем фоне. Большинство международных федераций хотя бы частично допускают россиян к стартам в нейтральном статусе. IBU и World Athletics - нет. Позиция последней особенно показательна: организация отказала в восстановлении ВФЛА ещё в 2015 году после допинговых скандалов и с тех пор не изменила курс, невзирая на смену руководства федерации и декларируемые реформы.
- IBU - полный запрет на участие российских и белорусских биатлонистов в Кубке мира и чемпионатах мира
- World Athletics - ВФЛА остаётся во взвешенном членстве с 2015 года, нейтральный статус для отдельных атлетов ограничен
- Большинство других федераций допускают россиян как нейтральных участников
Чего ждать от судебного пути
Спортивный арбитраж - инструмент рабочий, но медленный. Дела там рассматриваются месяцами, а решения выносятся без гарантии успеха для истца. Достаточно вспомнить кейсы отдельных атлетов, которые добивались допуска через CAS: единицам удавалось добиться своего, и то - в частном порядке, без системного эффекта.
Тем не менее сам факт судебного давления меняет переговорные позиции. Федерации, оказавшиеся под юридическим прицелом, вынуждены публично объяснять логику своих решений. А это уже другой разговор - не политический, а правовой. Именно на это, судя по всему, и рассчитывает российская сторона.
